О биллинге, Nexign и перспективах

Максим Нартов, директор по развитию бизнеса Nexign

28

В конце года мы решили немного поговорить о том, что у операторов стоит под капотом, в частности – о биллинге. Если кратко, то это система, которая отвечает за тарификацию абонентов и услуги. Она обрабатывает платежи, следит, как абоненты используют трафик из пакета и т.д.

На первый взгляд – просто, но по факту – это одна из сложнейших и важнейших систем. Мы пообщались с Максимом Нартовым из компании Nexign, чтобы узнать о биллинге чуть больше, а также расспросили его о перспективах развития, об импортозамещении и многом другом.

Телекоммуналка: Хотелось бы понять – как вы сейчас поживаете, какие цели перед собой ставите?

Максим Нартов: В этом году мы отмечаем 30 лет – это достаточно долгий период жизни для компании и хорошее время, чтобы осознать себя и отрефлексировать. За эти годы Nexign прошла большой и успешный путь, и нам есть, чем гордиться – от первой разработанной в России биллинговой системы до выхода на международные рынки. Мы продолжим развиваться, представлять более широкий спектр решений и ставить самые амбициозные задачи.

ТК: Ваша основная работа – это биллинг. Что это такое – думаю, знают все. Но не все знают, что, как говорится, «под капотом». Хотелось бы, чтобы вы вкратце рассказали, что это?

МН: То, чем мы занимаемся, на формальном языке называется «автоматизированные системы расчета» или Business Support System (BSS), то есть системы поддержки бизнеса телеком-оператора. Они охватывают три ключевых блока работы.

Во-первых, это обслуживание клиентов, в том числе подключение абонента, управление его услугами, разработка и продвижение новых продуктовых линеек. В том числе в рамках нашей системы настраивается часть, связанная с тем, как добавить новую услугу, какие у нее параметры, как она тарифицируется и сочетается с другими продуктами. 

Вторая важная часть – это система тарификации, где происходит управление балансом, анализ и учет потребления услуг. Это ядро системы, самая производительная часть всей истории. Именно здесь нагрузка доходит до десятков тысяч транзакций в секунду. 

И третья часть – это тот самый биллинг, то есть выставление счета или подведение итогов месяца для абонентов, а также прием платежей и работа с задолженностью.

Системы подобного класса, которые стоят у крупных операторов с десятками миллионов абонентов, – это в первую очередь вопрос надежности и «распределенной» архитектуры. 

К примеру, повреждение одного или двух участков оптики не должно приводить к массовому сбою в обслуживании абонентов. Поэтому если смотреть с технологической точки зрения, важно точечно подбирать решения для каждого из компонентов системы. Например, там, где требуется высокая производительность, мы используем технологии кэширования C++. В тех компонентах, которые ориентированы на быстрые изменения, мы активно задействуем микросервисную архитектуру и современные скриптовые языки. 

Также мы, конечно, применяем виртуализацию, различные системы управления базами данных (СУБД), как классические реляционные, так и более узконаправленные, например, Cassandra для хранения большого объема информации.

ТК: Какое будущее у биллинговых систем? Какие вызовы сейчас преодолеваете? Есть ли проблемы с ПО и железом на фоне текущей ситуации?

МН: Мы видим два основных аспекта, которые сейчас вызывают наибольший интерес. Во-первых, после прошедшей волны цифровых трансформаций, когда все активно преобразовывали «фронты» и решали задачи частным путем в agile-режиме, пришло время навести порядок и заняться упрощением всей созданной архитектуры. Так, например, на одной из выставок крупный зарубежный оператор рассказывал, что на текущий момент в рамках BSS-контура у него скопилось около 800 приложений. Это ситуация и неуправляемая, и страшно дорогая. Конечно, чаще мы встречаем кейсы, когда требуется объединить 2-4 биллинговые системы, которые стоят у заказчика для разных продуктов или разных типов клиентов. Но, в целом, тренд на гармонизацию бекэнда достаточно очевиден.

И второй интересный аспект развития – это продолжающееся движение телеком-операторов в сторону экосистемного подхода и развитие совместных партнерских программ. По сути, это стремление к поиску дополнительных источников выручки и их эффективной монетизации. Мы, в свою очередь, активно расширяем возможности наших продуктов, чтобы предусмотреть различные форматы взаиморасчетов для таких партнерских сервисов. И видим это направление одним из перспективных.

Что касается ПО и железа, мы находимся в довольно выигрышной ситуации. Вопрос зависимости операторов от тяжелых и дорогих систем стоял достаточно давно, и мы над этой задачей работаем уже не первый год. Уход от классических реляционных баз данных, к примеру, Oracle, был интересен не только с точки зрения импортозамещения, но и с точки зрения снижения общей стоимости решения и его эксплуатации. Поэтому мы продолжаем работу по отказу от определённых коммерческих западных вендоров и перехода на ПО собственной разработки. Сегодня мы можем предложить широкий набор продуктов, внесенных в реестр отечественного ПО и отвечающих требованиям импортозамещения.

ТК: После февральских событий серьезно пострадало экспортное направление. Насколько это оказалось критично для вашей компании?

МН: Мы более пяти лет продвигаем свои решения за рубежом. При этом изначально мы не были ориентированы на рынок США или Европы, и это стало одним из факторов, благодаря которому удалось избежать сильных потерь. В наших ключевых регионах присутствия, к примеру, в странах Ближнего Востока и Северной Африки, мы сумели перестроить процессы таким образом, чтобы восстановить ситуацию. Конечно, были сложности с получением денег от заказчиков из-за ограничений в банковской системе, которая пострадала от санкций. Но и эти проблемы постепенно решаются.

ТК: Какие ключевые вызовы вы видите перед собой в будущем, при условии, что телеком пытается выйти за пределы своего core-бизнеса? 

МН: Безусловно, телеком будет продолжать искать новые варианты развития, в первую очередь, в плане построения экосистем. Для нас такая задача интересна, так как она требует создания более комплексных продуктов и обеспечения быстрых интеграций с партнерскими средами. В то же время, разработка и продажа API становится довольно привлекательным бизнесом. Мы активно работаем и предлагаем решения в этом сегменте.

С другой стороны, и мы выходим за пределы своего core-бизнеса. В действительности, очень интересно наблюдать, как решения, отточенные на практике телекома, становятся востребованными и для других отраслей, которые точно также быстро двигаются вперед в области цифровой трансформации.

ТК: Как у вас с импортозамещением? Недавно была новость о том, что МегаФон перевел HR-процессы на вашу разработку Neon, вместо SAP SuccessFactors. Как долго вы создавали продукт? Какие были сложности? И вообще – насколько тяжело создавать в России качественные продукты?

МН: Neon мы изначально разрабатывали для себя как для ИТ-компании с двумя тысячами специалистов, которые работают в девяти распределенных центрах в разных регионах России. 

Нам было важно, чтобы все сотрудники ощущали себя единой командой с едиными целями. И корпоративный портал был в первую очередь реакцией на потребность в создании такой комфортной цифровой среды, как с точки зрения доступа к корпоративным сервисам, так и с точки зрения простейших вариантов взаимодействия внутри коллектива и взаимного поощрения. Это была очень «живая» работа по созданию продукта, когда мы запускали модули и понимали их востребованность, тестировали на себе и адаптировали под нужды компании. 

Самым жестким тестом стала ситуация с массовым уходом на удаленку в 2020 году. Как показала практика, Neon сыграл важную роль в создании единого пространства для общения и доступа к корпоративным сервисам и очень помог пережить эту стрессовую ситуацию.

Некоторое время назад мы приняли решение выводить Neon на рынок, презентовали продукт нашим клиентам и партнерам. МегаФон стал первым крупным кейсом внедрения, где портал был запущен как решение, импортозамещающее SAP SuccessFactors.

Внедрение и настройка модулей проходила в течение 2-3 месяцев. Важной частью проекта было формирование единой схемы процессов, доступных сотруднику в компании. Чтобы составить ее, мы опросили почти все HR-подразделения МегаФона, работа которых была связана с будущим порталом. В конце июля Neon был запущен, и сегодня он поддерживает работу нескольких десятков тысяч сотрудников оператора.

ТК: Есть ли планы по дальнейшему расширению продуктового портфеля и разработке решений для замены зарубежных аналогов?

МН: На мой взгляд, каждая компания должна расти там, где у нее есть экспертиза и опыт, которыми она может поделиться. Компания Nexign всегда была экспертом по разработке и эксплуатации тяжелых высоконагруженных решений, и BSS остается нашим приоритетным направлением. 

При этом в текущей ситуации есть задача работать в сфере импортозамещения, помочь заказчикам пережить этот период и двигаться дальше. Как в рамках телекома, так и за его пределами, где есть устойчивая потребность в производительном биллинге. 

В то же время, история с Neon показала, что надо не стесняться смотреть на смежные области и предлагать для них собственные разработки. Поэтому мы будем расширяться и продолжим работу над созданием специализированных ИТ-решений, опираясь на нашу техническую экспертизу.

Ссылка на материал

Связаться с нами